«Я щас взорвусь, как триста тонн тротила...»

Эта песня, кажется, еще не обсуждалась. У меня по ней два вопроса.

1. Меня всегда удивляло упоминание “плагиата” в названии этой песни. В моем понимании, плагиатор — человек, не особенно мучающийся творчеством, а просто ворующий произведения у других авторов и выдающий их за свои. К таким людям муза заходит крайне редко, она им не нужна. Герой же этой песни получает от музы две строки, известные каждому ребенку, так что выдать их за свои будет крайне затруднительно.

Иными словами, плагиатор ворует ОСОЗНАННО. А герой песни — случайно. Герою сочувствуешь, в то время как настоящие плагиаторы вызывают только презрение. Учитывая, что слово “плагиатор” в названии песни появилось не сразу, а только спустя какое-то время (как и предваряющие песню рассказы о плагиаторах), можно предположить, что песня изначально писалась о муках творчества и лишь потом, под влиянием внешних факторов, была использована для обличения плагиата.

2. В целом же песня представляет собой расширенный поэтический пересказ эпизода из романа Ильи Ильфа и Евгения Петрова “Золотой теленок”, в котором Остап Бендер жалуется Козлевичу:

У меня налицо все пошлые признаки влюбленности: отсутствие аппетита, бессонница и маниакальное стремление сочинять стихи. Слушайте, что я накропал вчера ночью при колеблющемся свете электрической лампы: «Я помню чудное мгновенье, передо мной явилась ты, как мимолетное виденье, как гений чистой красоты». Правда, хорошо? Талантливо? И только на рассвете, когда дописаны были последние строки, я вспомнил, что этот стих уже написал А. Пушкин. Такой удар со стороны классика! А?

Невозможно поверить, чтобы Высоцкий забыл самый цитируемый советский роман. Это уже получается самый настоящий “мета-плагиат”: в целях обвинения плагиата Высоцкий сочиняет зарифмованный плагиат!

Какие будут соображения?

Всё бы объяснилось, если бы песня была написана с прицелом на исполнение в фильме «12 стульев».
Но прямых указаний на это нет.

Он же ее вроде как-то объявлял «Песня Остапа Бендера»

00_0384
25.12.73 МНИТИ
«Ещё одна шуточная песенка, называется «Песенка плагиатора». Это из истории Остапа Бендера, там, вот так...»

И в НИИ общей патологии, 00_0420, апрель 1974, тоже «история Остапа Бендера».

Хорошая идея, мне нравится, похоже на правду.

Скорее это на тему вопросов про «Жоржа Окуджаву»

Учитывая, что песня была написана в 1969 году, получается вот что:

* Сначала Высоцкий просто ее называет «Муза» (в разных вариациях).
* Потом, уже в 1972 (?) в названии и описании появляется слово «Плагиатор».
* И только в конце 1973 он упоминает Остапа Бендера.

Т. е. поначалу песня была просто о муках творчества. Потом что-то произошло и Высоцкий начинает обсуждать тему плагиата (сам стал жертвой?). А потом ему кто-то напомнил про Остапа, и он упомянул его... всего несколько раз (4?), при том, что историю про Журавлева и Ахматову он неизменно рассказывал на каждом концерте. Похоже, что напоминание об Остапе ему было неприятно.

Тем не менее, можно заметить, что Блок и Бальмонт — современники именно Бендера.
Для человека его времени это фамилии, которые ещё совсем недавно были на слуху, а не признак изысканного вкуса. Как сейчас сказать: «Засиживалась сутками у Цоя, у Бродского жила не выходя...».

Ну, в 60е Блок и Бальмонт были вполне на слуху. Именно в конце 1960х белоэмигранта Бальмонта снова стали печатать в СССР в антологиях, хотя полное собрание вышло только в 1984.