Уголовная тематика в творчестве Высоцкого

Иногда, слушая песни Высоцкого ловлю себя на мысли, что нечто подобное где-то уже было. Вот, например, «Пародия на плохой детектив» (1967). Ничего блатного, просто юмор:
А за это, друг мой пьяный, — говорил он Епифану, –
Будут деньги, дом в Чикаго, много женщин и машин.
Враг не ведал, дурачина: тот, кому все поручил он,
Был чекист, майор разведки и прекрасный семьянин.

Но если отмотать лет пять назад, то Высоцкий пел тогда чужую песню «Стою я раз на стрёме». Тема весьма похожа. Однако, эта песня считается блатной:
…
Он предложил мне денег и жемчуга стакан,
Чтоб я бы ему передал Совейского завода план.
Он говорит: "В Марселе такие кабаки,
Такие там девчонки, такие бардаки!»

Мы сдали того субчика властям НКВД,
С тех пор его по тюрьмам я не встречал нигде.
Меня благодарили власти, жал руку прокурор,
А после посадили под усиленный надзор!

Блатные здесь оказались не менее сознательными, чем «чекист, майор разведки». К сожалению, их патриотизм власти подвергли сомнению.

К размышлению о блатной песни. Вот у Высоцкого есть по крайней мере две песни на одну и ту же тему — побег из лагеря. В обоих случаях пытаются бежать двое, оба раза неудачно. Отличие только в том, что во втором случае напарника убили, а в первом оба остались живы. В обоих случаях начальство за поимку получило награду, а беглец — по морде + добавили срок.
Ему за нас — и деньги, и два ордена,
А он от радости всё бил по морде нас.
…Нам после этого прибавили срока,
И вот теперь мы те же самые зэка …
(Сгорели мы по-недоразумению...)

Они обратно в зону — за наградой,
А я — за новым сроком за побег
Целый взвод меня бил —
Аж два раза устал.
(Был побег на рывок)
Можно ли сравнивать эти две песни? Если первая, несомненно, — «блатная» и вызывает у слушателей искреннюю улыбку и смех, то вторая — мрачное молчание или глубокомысленное «Да уж. Это целая история».
«Побег на рывок» либо выходит за рамки «блатняка», либо блатная песня — это весьма серьёзное явление. Возможно, Синявский это и пытался выразить, но примеры у него были не очень убедительные.

Хороший пример. Но «Побег на рывок» все же не блатная песня. (Блатна́я пе́сня (блатной фольклор, блатняк[1]) — песенный жанр, воспевающий тяжёлый быт и нравы уголовной среды; изначально ориентирован на заключённых и лиц, близких к преступному миру). Высоцкого привлекал момент нахождения на грани и перехода за грань, перенапряжение и надрыв чувств и сил. Вот это такая же зарисовка. Из песни не складывается ощущение, что бегут два закоренелых урки, скорее воспринимается, что бегут два человека, которые больше не могут терпеть неволи и что попали они на нары «по недоразумению». У меня дядя два раза сидел, первый раз за драку в деревне (хулиганка), второй раз за то, что ударил по пьяни ножом соседа —участкового, который украл у дяди ковер, а потом еще и пытался над ним измываться. В общей сложности он отсидел более 10 лет, считался рецидивистом, но он не был уголовником, и был очень добрым человеком. Вот подобными моему дяде я и воспринимаю бежавших в этой песне. Да песня про побег из лагеря, да бегут заключенные, но песня точно не блатная, там нет никакого уголовного мировозрения. Интерес бегущего к статье напарника, скорее в русле того, чтоб понять что это за человек.

Вот Райские яблоки точно никто к блатняку не отнесет, хотя формально там присутствует уголовная тематика. «Как бы так угадать, чтоб не сам — чтобы в спину ножом», «И ударит душа на ворованных клячах в галоп», «Жаль, сады сторожат и стреляют без промаха в лоб», «Неродящий пустырь и сплошное ничто — беспредел», «И огромный этап — тысяч пять — на коленях сидел», «Здесь малина, братва, — нас встречают малиновым звоном!», «Но сады сторожат — и убит я без промаха в лоб».

Тоже песня не про закоренелых уголовников, исповедующих уголовное мировоззрение, а про двух людей оступившихся и попавших в эту уголовную среду. Поэтому самими преступниками эта песня вряд ли поется и воспринимается как блатная.