«Ещё бы не бояться мне полётов...»

Версия А.Е.Крылова: http://vysotskiy-lit.ru/vysotskiy/kritika/...-desyat-let.htm
Версия Ю.Л.Тырина: http://vagant2003.narod.ru/2002152066.htm

Перечитав первую из них, от АЕК, поразился следующему факту.

Вот две строфы:

3. Мне не страшно: я навеселе, —
Чтоб по трапу пройти не моргнув,
Тренируюсь, уже на земле
Туго-натуго пояс стянув.
...
8. Мой умный друг к полудню стал ломаться —
Уже наряд милиции зовут:
Он гнул винты у «ИЛа-18»
И требовал немедля парашют.

Как утверждает сам текстолог, они присутствуют на ВСЕХ поздних фонограммах (от Степаняна, Туманова и далее), кроме одной — концерта в издательстве «Прогресс».
При этом запись в «Прогрессе» —
а) худшая в смысле подготовленности к ней автора (путает слова, вовсе сбивается и не допевает до конца: «А, забыл, чёрт побери, — новая песня...» — да, именно так!).
б) ни по какой из систем датирования не последняя (по Крылову, она — предпоследняя, 2-я от конца, по Тырину — 3-я).

И тем не менее, опираясь только лишь на неё, АЕК принимает решение исключить строфы 3 и 8 из окончательного текста!
По-моему, это вопиющая нелепость.

По версии Тырина возникает только один вопрос, как ни странно, хронологический. Как он объясняет, что в цепочке «Шемякин-Прогресс-ИАЭ-ВНИИАМ» именно ВНИИАМ отличается от Шемякина в наименьшей степени? Тот же состав строф (ВНИИАМ лишь на одну короче) и тот же порядок! Отклонения в Прогрессе и ИАЭ более значительны. Точно ли Шемякин предшествовал всем трём концертным версиям, а не был где-нибудь между ними?
Но, конечно, предложение ЮЛТ опереться на ВНИИАМ более убедительно, чем химера, которую АЕК слепил из Прогресса и ИАЭ.

Ну а если кто-то потребует конструктивных предложений: как надо? Моё мнение простое и скучное: лучше всё-таки по Шемякину. В отличие от концертных, автор делал фонограмму специально для студийного архива (для истории), к записи подготовился, не сбивался. В то время из трёх концертных записей (как принято считать, более поздних), две — хромые («сбойная» в Прогрессе, и «куцая» в ИАЭ). Одна (ВНИИАМ) более-менее заслуживающая доверия, но если всё взвесить... Точно ли отличие её от Шемякина в виде пропуска строфы 9 («Я приятеля стал вразумлять...») было намеренным? По-моему, «вероятность — 1/2: либо было, либо нет».

А вот ещё цитата, которую приводил Тырин:



И возникает вопрос. Не подпадают ли под неё, например, поздние сокращения «Лекции о международном положении»?
Имею в виду две последние строфы с упоминанием Онассиса — и финал «Вы дайте же мне волю, мужики!» Честно говоря, без них тоже песня выглядит «куце». Может быть, 1980 год уже не входит в эпоху её наибольшей литературной действенности?
Онассис пропал из новостей и пришлось его вычеркнуть.
Или, наоборот: какая-нибудь новая новость о нём пришла, из-за которой куплеты могли быть превратно истолкованы.

Возвращаясь к разбору «Полётов».
Если мы рассмотрим даже те сокращения, которые проделаны на «шемякинской» стадии.
Выпало три ответвления сюжета:
1) о китайском плаще;
2) о террористах;
3) о задержке самолёта в Хабаровске.
Может быть, тоже... Не они выпали, а по каким-нибудь причинам закончилась эпоха их действенности?

Я даже не уверен, что надо особо рыться в летописях эпохи в поисках «чёрных лебедей». И так очевидно по здравому смыслу, что все эти темы — подвижные, волатильные. Китай в то время проводил модернизационные реформы, которые могли затронуть и производство плащей. Терроризм — поле постоянной борьбы и быстрого перемещения линии фронта. А руководство Хабаровска под влиянием песни Высоцкого могло принять особые меры против задержки рейсов — и доложить автору, после чего продолжать позорить этот город стало неудобно...

Если нет устоявшегося варианта, всегда надо давать самый длинный. С примечанием, что автор мог сокращать текст.

Но в его двухтомнике никаких исключений нет. Обе строфы присутствуют. «Версия Крылова» — это все приведенное в начале статьи стихотворение (21 строфа). Все дальнейшие его рассуждения не стыкуются с публикацией.

По-моему, в ряде книг уже давалась в качестве основного текста эта самая попытка «со значительной долей вероятности реконструировать окончательный текст».
Просто нам такие издания реже на глаза попадаются, чем обработанные Жильцовым.

В этой версии ошибки:
33 Почти Уже по-европейски
40. Летел Сидел он раз, ремнями не затянут

Если верить датировкам на сайте Володи Чейгина, то:
Торонто (12.04.79) — Ледовый дворец спорта «Ижсталь» (Ижевск, 29.04.79) — Учкудук (ночь с 21 на 22 июля 79) — у Степаняна (Тбилиси, 15 сентября-15 октября 1979 года. / 10 октября 1979 года) — в Кавгипротрансе (Тбилиси, 4-5 октября 1979) — у Туманова (Москва, ноябрь 1979 года. / 10 октября 1979 года) — в издательстве «Прогресс» (Москва, 18 декабря 1979 года. / 28 декабря 1979 года) — в Институте атомной энергии (ИАЭ) (Москва, 27.12.79) — во Всесоюзном НИИ атомного энергетического машиностроения (ВНИИАМ) (Москва, 10.01.80 г.) — у Шемякина (Париж, 3.03.1980).

Мне не встречалась, да я и не искала) Может, будем считать окончательным вариант Шемякина?

Недооценка фонограмм Шемякина — это врождённая травма школы Крылова-Тырина.
Сначала трудная доступность его записей + опальность самой фигуры Шемякина вели к тому, что записи практически не учитывались в раскладах.
Когда же Шемякин был реабилитирован (окончательно это произошло между ПиП и двухтомником, судя по добавлению «Открытые двери...»), то чуть ли не единственным влиянием на тексты других песен оказалось восстановление «особиста» как должности Суэтина. Почему так?
Во-первых, не решились признать сравнительно больший вес студийных записей относительно концертных.
Во-вторых, записываясь у Шемякина, ВВ иногда давал более полный текст («Баллада о короткой шее», «Несостоявшийся роман») по сравнению с устоявшейся концертной версией. Это не очень вписывалось в концепцию правки песен на публике по аналогии со Жванецким. Между тем, есть признаки, что именно при подготовке записей Шемякина Высоцкий к составу текста относился ответственно — например, в «Ещё не вечер» наконец выбросил куплет про галеры, который признал ошибочным ещё в 1970 г. Не принято учитывать и это.

Я соглашусь с Ильёй в том, что исполнение у Шемякина — с листа — последний известный авторский вариант. Для ВВ это явно была окончательная (на тот момент) версия