«Схлынули вешние воды...»

Вопрос к специалистам: вот этот текст обсуждался, или нет? ( И есть ли доказанный первоисточник )

Схлынули вешние воды, Высохло всё, накалилось. Вышли на площадь уроды — Солнце за тучами скрылось. А урод-то сидит на уроде И уродом другим погоняет, И это всё — при народе, Который приветствует вроде И вроде бы всё одобряет.
Ссылка на источник: http://www.vysockii.ru/stati/galich-i-vysockij/.

Алексей,
В приведенной Вами ссылке кто-то решил перепечатать статью Марка «Галич и Высоцкий», но вместо автора и первоисточника дал почему-то только рекламу «салона эротического массажа».
Этот текст датируется 1966 годом, опубликован в 3-м томе сборника под редакцией А.Сумеркина (стр. 337). Насчёт рукописи не знаю — надо спросить у специалистов.

А вариант с «народом» — откуда?

А ведь точно: у Сумеркина вторая строфа — как в рукописи.
Тогда, действительно, откуда взялся вариант с «народом»? Неужели, Илья, снова «рука Эпельзафта»? Хотя, как минимум, в 1990 г. эти строчки были уже опубликованы — в сборнике «Новое в жизни, науке, технике» («Знание». 1990).
Интересно, что скажут по этому поводу специалисты.

оттуда же, откуда и это:

Но слово «невиновен» — не значит «непричастен», —
Так на Руси ведется уже с давнишних пор.
Мы не тянули жребий — мне подмигнуло счастье,
И причастился к звездам член партии майор.
Я разыграл свой жребий и оказался первым,
И мною зарядили космический снаряд.
На слове «пуск» сжимаюсь, в жгуты свиваю нервы
И от доски приборной не отрываю взгляд.

Из 8 строк только 2 принадлежат Высоцкому.

ой, ну я вас умоляю. Вышеприведенные строки тоже были опубликованы. И не однажды.

А вообще хотелось бы знать, это про что он так? Про первомайскую демонстрацию?

Вера, я всегда воспринимала эти строки как некую аллегорию. Но теперь мне кажется, что вы правы. «Вешние воды схлынули» — май, трибуны — уроды и т.д. Но вещь «выбивается». Такой прямой политической оценки у ВВ больше и не припомню. Обыгрывание лозунгов, каламбуры ему ближе.

Возможно, всё гораздо проще, без притягивания за уши «народа, который всё одобряет». Высоцкий мог описывать Хитровскую площадь в Москве — «воровскую Хитровку». Когда-то это был символ криминального мира, на этой площади собирались воры всех мастей. Там был Хитровский рынок. Вполне возможно, что этого несчастного Кольку там и убили.
Схлынули вешние воды
Высохло всё, накалилось
Вышли на площадь уроды
Солнце за тучами скрылось
А урод на уроде
Уродом погоняет
Лужи высохли вроде
А гнилью воняет
------------------------------------
Потихоньку, гады !
Не ругались, не вздорили
Проиграли в карты
Или просто проспорили
Жалко Кольку

Возможно, конечно. А где аргументы за то, что это единый текст?

Жаль, что нет цветного скана. Можно было бы сравнить цвет чернил. Поэтому — только рассуждения: Почему эти два фрагмента на одном полузаполненном листе? Почему первый фрагмент перечёркнут? Где дальнейшее развитие сюжета? И субъективные ассоциации с «Мишку жалко» и «Нам вчера прислали» про Алёху, которого убила «сволота».
По поводу чьей-то вивисекции про народ. Вряд ли Высоцкий был настолько лицемерен, чтобы подводить всех своих слушателей и почитателей под упрощённую категорию «народа — быдло», которое всё одобряет.

А урод-то сидит на уроде
И уродом другим погоняет,
И это всё при народе,
Который приветствует вроде
И вроде бы всё одобряет.

Как-то не вяжется с ранее написанным:

Ведь у нас такой народ:
Если Родина в опасности,
Значит всем идти на фронт.

К тому же (несмотря на засекреченность тех событий) Высоцкий наверняка слышал от интеллигенции о расстреле недавней демонстрации в Новочеркасске в 1962 году, когда «дали власти очередь из пулемёта» по народу, который не «всё одобряет».

Высоцкий рассуждал о «левых», но как-то с юмором, как например у Делюсина в 1977 про жену с левыми взглядами, которая изменяла с Демичевым.
И стихи у него были о демонстрациях, но более глубокие.

Новые левые — мальчики бравые
С красными флагами буйной оравою,
Чем вас так манят серпы да молоты?
Может, подкурены вы и подколоты?!

Слушаю полубезумных ораторов:
«Экспроприация экспроприаторов...»
Вижу портреты над клубами пара —
Мао, Дзержинский и Че Гевара.

Не [разобраться], где левые, правые...
Знаю, что власть — это дело кровавое.
Что же, [валяйте] затычками в дырках,
Вам бы полгодика, только в Бутырках!

Не суетитесь, мадам переводчица,
[Я не спою], мне сегодня не хочется!
И не надеюсь, что я переспорю их,
Могу подарить лишь учебник истории.

Насчет новых левых — это вы погорячились. Андрей вроде уже доказал, что это подделка, поэтому опираться на этот спорный текст для аргументации не стоит.

А разве мало таких листов? Смолоду так было, например тут:

Действительно, Сергей Дёмин весьма осторожно отзывался о подлинности самой рукописи. Но, если вы имеете ввиду те доказательства, которые были опубликованы Андреем Сёминым в Воронеже в 2012, то меня они не убедили. Сомнения в подлинности данного экземпляра рукописи вовсе не доказывают «не авторство» Высоцкого. У вас, как я помню, тоже полной уверенности не возникло.

Сева Ковтун на мой взгляд более убедителен.
. http://otblesk.com/vysotsky/i-textol.htm

В любом случае погорячился не я, а издатели в прошлом веке.
Это стихотворение было опубликовано в 5-м томе «Владимир Высоцкий. Собрание сочинений в семи томах», составитель Сергей Жильцов, 1994.


А перед этим была публикация в Альманахе «Высоцкий: Всё не так», 1991, после статьи Бэллы Ахмадулиной.


А ещё ранее Вадим Туманов цитировал фрагмент этого стихотворения в 1987 году в Огоньке №4.

У приведённой вами в качестве примера страницы всё же есть предыстория:

То есть, на предыдущей странице ВВ «изобретал» стихотворение «Из-за гор...», которое заканчивается приблизительно так:
«Он сказал им три самые нежные
И давно позабытые сло́ва.»
Потом ВВ, по-видимому, постигли раздумья над этими словами И он написал стихотворение про любовь «Если нравится-мало?, Если влюбился — много?...», а потом решил вставить ещё пару строф в предыдущее «Из-за гор...»
PS. Это я к тому, что лист рукописи «Схлынули...» желательно рассматривать в корреляции с предыдущим или последующим листами рукописей. Тем более, что там фрагмент перечёркнут (как, например, в рукописи «Из-за гор...»).