у Бродского тоже Арлекин — печальный
Да, Илья, это так. Но есть парочка нюансов.
Во-первых, заметьте, что у Бродского «внешний», так сказать, Арлекин — тоже простак и «ходит на руках». Это только по ночам, когда никто не видит, он плачет. «На людях» у него — ни грусти, ни печального лица.
Во-вторых, в «Романсе Коломбины» Арлекин переосмыслен Бродским. Бродский посвятил своему Арлекину целое стихотворение, вдохнул в него внутренний мир по своему усмотрению. Это не итальянский площадный Арлекин, а умудренный опытом («часто смотрит вверх / В последние года») Арлекин-философ, на которого, возможно, дурно повлиял (
) Петроград («Вот Петроград шумит во мгле, / В который раз мы здесь»).А у Высоцкого про Арлекина — всего пара строк. Какие уж там психологизмы — скорее, нарицательный персонаж. А, значит, должен соответствовать!
Кстати, на Арлекина от Бродского очень похож Арлекино от Б. Баркаса — тот, которого прославила Алла Пугачёва.
Как сказал бы один чукча, «однако тенденция».