«Она на двор — он со двора...»

Она на двор... — Она была во всем права... (Анчаров)


Песня «Она на двор, он со двора — такая уж любовь у них» мне всегда казалась какой-то странной. Как будто, там есть что-то еще, чего я не знаю. Когда я услышал песню Анчарова «Она была во всем права» — я сразу как-то сообразил, чего я не знаю. Не знаю этой песни. Песня Высоцкого — пародия на Анчарова. Нет?

Мне кажется,это скорее посвящение или подражание.
Как Нежная правда-Окуджаве.
Кстати, вышел замечательный двойной сд —где много много бардов в том числе и ВВ(Она на двор!)-поют Анчарова или посвящения ему.

Так все-таки это связано с Анчаровым? Это не только мне так показалось? Есть какая-нибудь история у этой песни? Пусть будет посвящение — но в любом случае они занятно перекликаются.

Олег, а Вы не приобрели 2-й том «культового» десятитомника? Там в примечаниях, немножко говорится о создании этой песни. Насколько это соответствует действительности — судить не беру.

Нет, не приобрел. А надо бы конечно, спасибо.

В принципе, в комментарии-то и сказано, что песня написана — под впечатлением песни «Она была во всём права...». Высказывается предположение, что она написана для спектакля, или фильма; для каких именно — неизвестно. Ну и приводятся две строфы, сохранившихся только в рукописи, и не зафиксированных в фонограммах.

Не только эта песня, но и «МАЗы», и «Канатчикова дача» не лишены, по-моему, связи с Анчаровым.

Эпиграф (из анекдота):
«и не выиграл, а проиграл...
и не в “Спортлото”, а в преферанс»

Вначале — уточнения: в телефильме (см. ниже) звучит не песня Высоцкого («Она на двор — он со двора»), а песня Анчарова («Она была во всём права»). И написана она была Анчаровым изначально без никакой связи с фильмами/спектаклями.

Теперь — по порядку.

Песню «Она была во всём права» («Цыганочка») Михаил Леонидович Анчаров написал в 1964 г. «в трудный период, после разрыва с женой, Д. Афиногеновой» (http://ancharov.lib.ru/commentarii.htm#p40). Гораздо позднее, в 1972 г., он «воткнул» её (песню, а не жену ) в 15-ю серию телесериала «День за днём» по его же сценарию. Там она звучит в исполнении Льва Лещенко на музыку Ильи Катаева (http://rutracker.org/forum/viewtopic.php?t=1116299).

Замечу в скобках, что в Лещенковском варианте нет строф 3, 4, а две строки отличаются от исходных (авторских):
Как зелье приворотное (строка 16)
Забудь её, глазастую! (строка 48)
[attachment=2619:onabilavovsemprava.mp3]
Владимир Семёнович слышал эту песню в авторском исполнении ещё а апреле 1965 г. на «квартирнике» у Марка Исааковича Дубровина (см. «00_0018»; http://vv.uka.ru/forum/viewtopic.php?t=443), а позднее даже исполнил вариацию на тему первого Анчаровского куплета (см. запись для Гарагули в августе 1969 г.; 01_0340; http://vysotsky.ws/index.php?showtopic=820...st&p=28419)

Что же касается связи других песен ВВ с Анчаровскими, то лично мне кажется, что это «связи» поверхностные:
• у ВВ в «Я вышел ростом и лицом» и у Анчарова в «Нет причин для тоски на свете» упоминается «МАЗ».
• у ВВ в «Дорогая передача» и у Анчарова в «Балалаечку свою» упоминается Канатчиково заведение.

А сюжетно-смысловые «ходы» сравниваемых песен — совсем разные.

А в «Она была во всём права...» и «Она на двор — он со двора...» разве одинаковые?

Илья,
конечно, нет! Я этого и не утверждал.

Это понятно, Виталий. Я же, — ссылался на новый десятитомник, где в комментарии к песни «Она на двор — он со двора» сказано следующее:

«Песня написана после знакомства с Михаилом Анчаровым. Высоцкому очень нравилась его песня «Она была во всём права». Вероятно, написано для какого-либо спектакля или фильма — в начальной версии текста главный герой назван Четыре Глаза, что истолковывается как очкарик, либо упомянута конкретная кличка.

Четыре Глаза — пьяный был,
И просто очень нравилась,
И бить её — почти не бил,
Ну просто позабавились.

И твёрдый ком во рту стоял,
Но руки надо деть куда,
А после драки целовал
Её в разбитые уста."

И тогда, я не понимаю — строфы, которые приводятся в комментарии — чьи? Анчарова или Высоцкого? У кого из них, в начальной версии, существует главный герой Четыре Глаза?

Я прочитал в томе этот комментарий и засомневался в его правдивости. Думается, «четыре глаза» потому герою и казались, что пьяный был. То есть двоилось. Вот как-то так.

Павел, а почему тогда Четыре Глаза означенно с заглавных букв — как имя собственное? В рукописи как?

Вот именно. И никаких «персонажей» с таким именем от воспалённого воображения. «Четыре глаза пьяный...» — это просто ну о-о-чень пьяный, когда у собеседника видятся четыре глаза, а если тот в очках — то и все восемь...

Евгений, рукопись я не видел, увы.

Понятно, Павел. Я, кстати, тоже придерживаюсь версии с «двоением в глазах» — она, самая напрашивающаяся Но возникает вопрос — с какого тогда перепугу, составители «четыре глаза» одушевили, обозначив их заглавными буквами.

Думаю, что именно эти заглавные буквы и сбили с панталыку. Тем более, что никакого героя с подобным именем авторы комментария нигде не нашли.

Павел, тогда получается, что всех «запутал» cам ВВ, написав в рукописи четыре глаза заглавными буквами. Как-то так

На одном из концертов, ВВ упоминает Анчарова, вроде всвязи с песней «Як-истребитель». В каком концерте это было? И ещё в американском 2-х томнике ВВ (1981-1983) ошибочно была включена песня Анчарова «Парашюты рванули и нриняли вес» Так?

Давыдыч, насколько я помню, ВВ упоминает Анчарова не единожды. По бОльшей части, ВВ иронизирует над длинными названиями песен Анчарова. Объявляя песню «Cмерть истребителя в 13-ти заходах», он добавляет как-то так: «у этой песни длинное название, как у всех песен Анчарова»

Высоцкий неоднократно упоминал Анчарова в выступлениях.

А применительно к «ЯКу» в ленинградском Энергосетьпроекте 06 марта 1968 года: «Песня называется... тоже военная, я уж прямо по циклам. Песня называется »Смерть истребителя в тринадцати заходах«. Это такая баллада с длинным названием, как у Анчарова.»

Рукопись посмотреть, конечно не мешало б. А то я видел только первую страницу в «шемякине» — посмотреть бы и вторую. Но что-то мне подозревается, что нет там никаких заглавных букв (у «шемякинецев» их и нету). А «четыре» — зная привычки ВВ, не удивлюсь, если вообще написано цифрой.

Да, в 1968 было. В 1978 Акимов и Терентьев ему об этом напомнили, он удивился: «Неужели я такое говорил? Вот дурак-то...». Но через некоторое взял с себя пример и снова стал рассказывать об Анчарове, у которого названия длиннее самих песен.

Строфы-то — Высоцкого. Да только «Четыре Глаза» — похоже, выдумка публикатора/комментатора. И в «Шемякинском» 3-томнике, и в Жильцовском 7(8)-томнике строка приводится без выпендров:

Четыре глаза — пьяный был,

И никаких фантазий о предназначенности этой песни для чего-либо.

Интересно, а кто готовил тексты, комментарии для этого издания? Назовите удальцов.

Виталий, вот что гласят выходные данные издания


Редакционная коллегия Н.В. Высоцкий, С.В. Жильцов, А.В. Максимов, В.Б. Назаров, Е.А. Трофимов

Составление и комментарии П.Е. Фокина

Подготовка текста, научное консультирование и текстологические комментарии С.В. Жильцова

При составлении комментариев учтены воспоминания современников В.С. Высоцкого и наблюдения исследователей его творчества , зафиксированные в монографиях и научных публикациях, в частности в книгах:
«Живая жизнь. Штрихи к биографии Владимира Высоцкого» (Сост. В.К. Перевозчиков. Вып. 1-3. 1988-1992)
Высоцкий В. «Я, конечно, вернусь». Сост. Н.А.Крымова. 1988
«Четыре четверти пути» Сост. А.Е. Крылов, 1988
«Владимир Высоцкий в кино» Сост. И. Роговой 1989
Новиков В.И. «Высоцкий» (серия ЖЗЛ, 2002)
Скобелев А.В. «Много неясного в странной стране». Вып. 1 Ярославль, 2007. Вып.2 Воронеж, 2009
Цыбульский М. «Планета Владимир Высоцкий» 2008
Крылов А.Е., Кулагин А.В. «Высоцкий как энциклопедия советской жизни» Комментарии к песням поэта" 2010
Перевозчиков В.К. «О Высоцком. Только самые близкие» 2011
«Мир Высоцкого» альманах, Вып. 1 — 6, и др.
а также на сайтах «Владимир Высоцкий. Каталоги и статьи», «Миры Высоцкого»

Спасибо!
Интересно, Жильцов приложился к «4-м Зенкам»?..

А клёны длинные росли,
считались колокольнями

как это понимать?

Как «позорьте и трезвоньте».
У клёнов оказался такой же длинный язык, как у колоколов, не смогли сохранить тайну увиденного.