Рукопись-подлинная или подделка?

Два дня назад отправлял С.А.Демину сканы копий рукописей из нашего музея.В числе других была и эта.Сергей Афанасьевич написал,что это почти 100% муляж(я понял так,что подделка).Кто поможет прояснить ситуацию?

Фуфел. Почерк не Высоцкого, хотя и стилизован под его руку

Я не специалист по рукописям, но помнится мне, что Высоцкий всё-таки кое-где знаки препинания ставил. Хотя не везде и не всегда. А тут целый лист — и вообще ничего. Даже «где то» написано без дефиса. И ещё мне кажется, что буквы чуть крупнее, чем у Высоцкого. было.

Ну уж, Павел, только приехал — сразу ругаться!

Это, действительно, муляж. И цели его изготовления не обязательно были криминальными (как у фуфела). Часто музеи сами делают муляжи, чтоб не выставлять на витрину подлинники — и с целью, чтоб не спёрли, и просто — они выцветают, коробятся, блёкнут и т. д.

Чтобы разобраться Вашим, Алексей, экземпляром — надо знать, откуда он к Вам попал, желательно всю цепочку. Если Ваш музей платил за него деньги, как за подлинник, то Павел близок к истине.

Андрей!Дело в том,что материалы музея в мое распоряжение попали в коробках,без всякой систематизации и упоминания источников поступления,и теперь невозможно узнать,откуда что пришло.Не думаю,что какие-то материалы покупались(не считая книг,конечно).

Паша, а мне кажется, что на почерк ВВ похоже.

По-моему тоже — почти на 100% оригинал, либо профессиональный калиграф через стекло переводил — уж больно правки «живо» выглядят, и не видно усердия, с которым обычно имитируется почерк. А в музеях, вроде бы, делали раньше «фотокопии», на специальном станке переснимали

Коллеги, не сумлевайтесь, это — муляж. Во-первых, потому, что почерк всё же сильно не похож, если сравнивать побуквенно, а во-вторых — потому что хорошо известна (в узких, правда, кругах ) рукопись, с которой он сделан: на бланке гостиницы «AIMEO» (Moorea, Tahiti), ед. хр. 138 РГАЛИ, лист с оборотом.

Это — такая типа беловая рукопись, записывая которую, ВВ почему-то начал, было, править второе четверостишие под другой размер, а потом плюнул и на обороте уж стал писать всё практически «чисто, без помарок». На муляже воспроизведена лицевая (с некоторыми неточностями — пропущена одна строка и по мелочам) и половина оборотной стороны этой рукописи.

Да, в музеях, действительно, делали и фотокопии, и «синьки», и пр., и, по-моему, на витрине это гораздо интересней, но почему-то музейщики всегда считали наоборот — что лучше придать вид некоей «настоящности», и кропотливо делали муляжи, используя для этой цели все средства, в том числе и «стеклильный дралоскоп».

Спрашивается,на фига им этим заниматься??Ну,я еще могу как-то понять тех,кто «впаривает»кому-то подделку,но в музеях...Выстави копию,пусть люди изучают,но зачем выдавать ее за оригинал??
Зато теперь в нашем музее есть и муляжи(он,оказывается,не один).Посетителям будет интересно посмотреть.

Алексей, могу Вас утешить и сообщить, что случай с Вашим музеем Высоцкого не является уникальным. Такие эпизоды с муляжами рукописей были весьма распространены в своё время. Правильно сказал Андрей Сёмин, это не всегда было связано с «криминальными» мотивами, не всегда есть возможность представить по разным причинам на выставке оригинал рукописи. В таких случаях изготавливается муляж. Особенно раньше это было весьма популярно, когда нужно было провести несколько выставок в разных городах одновременно с одними и теми же экспонатами, вот и изготавливались муляжи, а потом в некоторых случаях дабы не везти этот хлам обратно, они дарились на память хорошим людям. И все довольны. В настоящее время с развитием техники надобность в изготовлении подобных муляжей во многом отпала, при наличии оригинала можно изготовить высококачественную копию так что её хрен отличишь от оригинала, только при определённых навыках, методах исследования и оборудовании.
Так что не печальтесь и не теряйте надежд.

Во-первых, здравствуйте всем! Во-вторых, всё, что сказали в предыдущем посте sio-min и evd1969 — верно. В-третьих, попробую пояснить относительно данной (и не только) рукописи. На первых порах существования музея Высоцкого (при Бартельсе) основной его деятельностью была «просветительская», читайте выставочная — самый лучший способ отчитаться перед Министерством культуры за выделенные деньги: по крайней мере, всё наглядно — ни какая-то там «научная работа». Самой первой акцией музея была выставка к 10-ю смерти поэта: «Владимир Высоцкий в контексте Русской культуры». Ну, там демонстрировали в частности его знаменитый пиджак-букле, гитару, бюст; картины, фотографии, афиши; кажется, маску (а может, и нет — не помню). Ну и кроме того — рукописи. Конечно же имевшиеся тогда (единичные!) оригиналы берегли как зеницу ока (известно, как с выставок тырят экспонаты, особенно при тогдашнем бардаке!) Ну, а ксерокс — он и есть ксерокс (такого качества, как сейчас добиться было практически невозможно, да и где взять было цветной скан, чтобы вывести на цветной принтер?)... В общем, для Выставки (с большой буквы) было несолидно. Потому-то художники, работавшие над созданием выставки, делали муляжи рукописей по имеющимся образцам фотографий. Конкретных имен не сохранилось но по-моему занимался этим в большей степени Авет Тавризов — главный художник выставки. Насколько понимаю, детальным сходством копий и оригиналов никто себя особо не утруждал (ну, висит себе за стеклом лист бумаги с текстом — и висит!) — публика, в те годы не слишком искушенная в вопросах текстологии, с удовольствием кушала, что дадут.... Кстати, потом эти муляжи сыграли в некоторых случаях свою отрицательную роль — их выдавали за «оригиналы» (и даже продавали иногда в качестве таковых — знаю случаи), а уж фотокопий их ходило!... Имеется как минимум одно (а может, их было больше) «неизвестное стихотворение» Высоцкого, которое в качестве такового гуляло по каталогам — именно в ту пору и возможно в той же «лаборатории» изготовленное (кто знает: на спор ли, смеху ли ради?..) Такая вот история...
А насчёт конкретного «оригинала» могу точно сказать, что именно он на той самой выставке был; наверное, потому что из доступных фотографий оригинала, с которых делался, был во многом подходящ — наглядный: чистый, неизвестный (тогда), почти «беловой» и в то же время с правкой (чтобы показать «творческий процесс») — в общем, по всем параметрам. Только был от цветной, написанный (кажется) фиолетовой пастой — ну, уточнить можно, посмотрев оригинал.
В общем, если моя писанина что-то прояснила — значит, не зря. Всем удачи!

Уважаемый Cira, поясните, пожалуйста, что Вы имеете в виду?

И — два вопроса. А появлялись ли муляжи рукописей до создания ГКЦМ? Или это — невозможно, там речь могла идти только о рукописных списках или откровенных подделках?

Что Вы думаете о таком списке — откуда и когда он появился и кто его возможный «автор»?

[attachment=2031:Spisok.jpg]

cira-2, спасибо!

Для sio-min. Поясняю:
о «неизвестном стихотворении» — имелось в виду «Спасибо, друг, что посетил…»
1) про муляжи до создания ГКЦМ не знаю, но, наверное, не могло их быть, т. к. МУЛЯЖИ предназначены как раз для таких учреждений как музей — для их целей. Следовательно, подобные предметы, сделанные не для подобной миссии, являются либо копиями (ежели для себя, и для прочих некорыстных целей), либо подделками (ежели корысти ради). Но поскольку музея ещё не существовало, то и «муляжей» как данности быть не могло.
2) Выставленный вами список — это, как мне думается, именно СПИСОК, а не муляж и не подделка. Почему?.. Ну, скажем, по совокупности имеющихся о нем сведений. Во-первых, он нигде, никогда и никем не выдавался за оригинал; не носит он и явных попыток подражания почерку Высоцкого (в отличие от той рукописи, которая послужила основанием для открытия данной темы); во-вторых, на нем имеется номер, проставленный черным фломастером, который наличествует и на некоторых других рукописях, находившихся в архиве ВВ после его смерти — и это не нумерация Акимова, и не отметки Крылова. Кроме того, имеется машинопись, сделанная именно с этого листа, т. к. она повторяет его один к одному, со всеми пунктуационными особенностями и даже ошибками, которые автор затем поправил. Т. е. можно предположить, что либо это текст записан под диктовку ВВ (хотя это маловероятно: с слуха так тщательно знаки препинания и особенности прямой речи не акцентируют — тут записать бы успеть!), либо автор предложил кому-то попросту переписать текст со своего экземпляра — скажем для той же машинистки. Вопрос: почему бы просто не передать сам листок? Ну, допустим, потому, что кроме собственно текста там находилась ещё какая-то запись, которая была необходима ВВ (записанный адрес, телефон, название лекарства — да мало ли…) Ну и видно, что переписано всё очень тщательно, даже с соблюдениями характерных особенностей авторской архитектоники (про знаки и ошибки уже говорилось). Потому-то и при совсем не похожем почерке переписчика данный лист все-таки напоминает рукопись Высоцкого.

Ну и вдогоронку к моему предыдущему посту. Пришли кое-какие соображения:
Всё-таки вряд-ли это — муляж. (Написав, захотелось лишний раз убедиться, для чего пришлось поднять фотографию оригинала.) Это на самом деле грубая довольно копия, изготовленная путем «обводки» через стекло и без всякого соблюдения особенностей и деталей подлинника. Художники в Музее так не работали — в их муляжах присутствует тщательность и желание передать особенность копируемого предмета. Им ничего не стоило в крайнем случае сделать ксерокопию «шапки» оригинала (он был написан, напомню, на бланке отеля), а затем на нем изобразить «руку» ВВ, причем с двух сторон листа, как это было в оригинале, а не на одной стороне, как в этой «копии». Повторяю: те художники работали тщательно. Да в этом можно убедиться, заглянув в буклет, выпущенный специально к выставке «Блажен, кто посетил сей мир…».— там приведены снимки «рукописей» ВВ. Кстати! Вот можно заодно и проверить — был ли там листок с «Песней о конце войны». Мной говорилось с уверенностью про «фиолетовую пасту», но возможно, что видеть этот лист довелось и не на выставке, а, скажем, на Ваганьково. Так что прошу прощения, но столько лет прошло — можно и запамятовать.

Уважаемый Cira!
Простите, что-то я Вас всё равно не понял в данном случае. Вы хотите сказать, что существовала (существует) рукописная запись «Последнего приюта», почерку которой в какой-то мере придано сходство с почерком ВВ?



Спасибо, в принципе, я тоже так полагаю. Задал вопрос больше для «очистки совести» — просто подумалось: а вдруг всё же и до ГКЦМ кем-то могли изготавливаться муляжи рукописей ВВ для аналогичной цели демонстрации кому-либо — скажем, для лиц, влиявших на принятие решения по созданию того же Музея (их было много — как говорится, всех и кулаками не обделишь), для художественного руководства ТнТ при подготовке спектакля «ВВ» 1981 и 1988 годов и т. п. Что Вы по этому поводу думаете?



А чья, по-Вашему, это может быть пометка и чья нумерация? Мне-то представляется, что список сделан кем-то и для чего-то именно с авторизованной ВВ машинописи, о которой Вы говорите, а не наоборот. Поэтому и интересует вопрос — чей он предположительно? Тогда можно было б попытаться выяснить, как случилось, что он не остался у изготовителя и не был использован им по предполагаемому назначению, а попал в РГАЛИ, где и присутствует на л. 15 ед. хр. 103 (а упомянутая выше машинопись — это л. 14 той же ед. хр.).



Может быть, просто времена изменились, и это «изделие» уже новейшей эпохи, когда халява стала более допустима для «прохода» как у производителя, так и у потребителя?

Придется отвечать по пунктам, чтобы на запутаться:
а) Рукописная «запись» “Приюта” естественно, существует — и даже две: первая — записка с этим текстом, оставленная кем-то из поклонников на могиле ВВ. Имя «героя» мы уже не узнаем, так что желающие могут побороться за пальму первенства: кто первым поставит копирайт — тот и автор! Хотя любой другой претендент вправе требовать графологический экспертизы, поскольку существовал «исходник» (правда, его нынешнее местоположение мне не ведомо); вторая, которой, как вы пишите, «в какой-то мере придано сходство с почерком ВВ», тоже имеется. Это не артефакт, в 1990-е годы она неоднократно всплывала на том же Ваганьково.
б) Для «руководства ТНТ» муляжи были ни к чему — оно могло всегда при желании и фотографии рукописей посмотреть — те же «чижковские». Тогда в театре активно работал Стернин, поинтересуйтесь у него. А в Управлении культуры им всё до одного места было — они в то время (создания Музея) активно собственность делили и приватизировали.
в) Пометка и нумерация может быть чья угодно: Марины, Нины Максимовны, Севы, Антимония, Шевцова, Чижкова или кого-нибудь из РГАЛИ — любого человека, кто имел отношение к описанию или передаче архива Высоцкого (но не самого ВВ, если вас это интересует). Можно также допустить, что это нумерация листов какого-то отдельного «чужого» архива, переданного Марине кем-то из друзей или знакомых ВВ.
А то, что они оба — и список, и машинопись — попали в РГАЛИ, как раз и говорит о том, что автору после перепечатки был возвращен вместе с экземплярами машинописи и сам «оригинал», как это обычно и бывает. Он остался в архиве ВВ, откуда благополучно был передан в РГАЛИ. А где ж им быть — ниточке с иголочкой — как не рядышком.
г) Список не мог быть сделан с машинописи, т. к. авторизована была как раз последняя. А как можно сделать «прежние» ошибки в новом списке, если они уже исправлены, и нельзя понять, каким был текст до исправления? Это как у А.Гайдара (в РВС или «Военной тайне»): «в прошлом году нашёл винтовку и заховал в стог сена… который был смётан из травы, скошенной в этом году».
д) Не думаю, что это свежее «изделие», т. к. мне приходилось с ним сталкиваться — и было это уже давно. Да и «потребители» сейчас не особенно то в очередях давятся за подобными раритетами. Вон сколько невостребованных рукописей на аукционах выставлено!

Уважаемый cira-2!
В теме Чужие стихи ВВ обсуждался вопрос о дате появления «Последнего приюта». Вы будете первым, кто готов подтвердить, что это был 80-й год.

Такой претендент есть, он представил более 10 листов рукописи «Последнего приюта». Вся надежда на Вас, что видели исходник и зрительная память подтвердит авторство Юрия Федорова. Он писал, что стих выводил каллиграфическим почерком, для удобства чтения.
Это автор и последующего «Редактора», написанного под псевдонимом Верзилов.
Из письма Ю.Федорова:
«У Олейникова была только то ли ирония, то ли насмешка, а, точнее, лёгкое издевательство насчёт количества страниц. Проницательный, чёрт! Их действительно много, так как времени было мало ( 2 дня до 40-го дня ), некогда было ходить и бормотать устно».
Юрий Александрович все же прислал рукопись «Редактора» на 23 листах. Желающим могу скинуть для ознакомления.
А по большому счету никто не заинтересовался автором, его рукописями, которые он предложил для ознакомления, изучения любому высоцковеду-москвичу, с надеждой получить должную оценку.
Cira, может возьмете на себя дать заключение, как специалист по рукописям?

По тем же пунктам:

а) Да, интересно... Посмотреть бы «обои»... Особенно первую — есть, с чем сравнивать (я имею в виду рукопись Ю.Фёдорова, о которой Александр написал постом выше). Но и вторую тоже б неплохо было изучить, с целью повышения общего развития в области прикладного муляже— и подделко-строения...

б) Да, согласен, в принципе, у меня те же сомнения.

в) Тоже согласный. Вряд ли, мне кажется, только НМВ. Такой отнюдь не маленький архив у неё был — и нигде никаких подобных пометок нет.

г) Возможно. Всё логично. Мне трудно судить, не имея перед глазами одновременно с этим списком ещё и машинописи. Я-то поначалу вообще подумал, что это чья-то расшифровка фонограммы ВВ. Но тут «загвоздка есть»: в точности в таком варианте неизвестно ни одной фонограммы. Каждая из строк по отдельности — есть, но чтоб всё вместе в таком «замесе» — нету. И подлинной рукописи в таком варианте я не знаю. Откуда же переписчик взял такой текст? Одно из трёх: либо существовала какая-то ещё одна, неизвестная (мне) рукопись, либо существовала неизвестная утраченная ныне фонограмма, либо переписчик по фонограммам слепил по своему вкусу некий контаминативный вариант, который был перепечатан, и эта машинопись подверглась потом авторской правке.

д) «Потребителей» я имел ввиду в том числе и простых музейно-выставочных зрителей. А насчёт невостребованных рукописей на аукционах — так дорого же очень!

For sio-min:
Да, сие тайна великая есть — насчёт исполнение подобного варианта. Но все другие объяснения вполне логичны и остается только предположить, что существовал еще один автограф, который Высоцкий написал для чего-то — ну, скажем, для какой-то публикации, для которой, собственно, и потребовалась перепечатка. Тем более, имеется еще несколько текстов, которые с вероятностью 95% напечатаны на этой же машинке (особенности шрифта, бумаги и т. п.). И они, судя по описанию, есть в архиве. А сама рукопись? Ну, мало ли. Особенно если (как мы предполагали) там находилась некая важная для ВВ информация... А чтоб кто-то «слепил» а ВВ завизировал эту сборную солянку!.. Это, пожалуй, только Акимову он до такой степени доверял, что допускал заниматься контаминацией своих текстов. Да и тот работал строго по рукописям и фонограммам. А вот откуда мог взять (и знать) такое количество вариантов неизвестный нам переписчик в ТО время (а речь идет, скорее всего о 1971 годе), чтобы составить сей «контаминативный вариант»? Маловероятно. Так что скорее всего такой «беловик» всё-таки был. В пользу этого говорит ещё и то, что ВВ, никогда особенно не зацикленный на пунктуации, в этом случае расставляет ее с особенной тщательностью (даже в избытке) — особенно прямую речь (если, считать аксиомой, что переписка всё же имела место). Но практика показывает, что подобными вещами он занимался только тогда, когда эти тексты предстояло где-то показывать, когда предназначены они были для чего-то конкретного — для «Мелодии», для Франции и т. п. (у Терентьева, кажется, описано где-то — сейчас не помню — как тщательно они по его просьбе готовили тексты для «Кинопанорамы»); или возьмите те же перепечатки для «Метрополя»...
Что же касается «дороговизны», то дешевле они не будут. Подлинных рукописей в «свободном плавании» — не много, а они постепенно обретают своих владельцев, получают кров и «в неволе не размножаются». В общем, больше их не становится, и цена только растёт. Мои соратники-коллекционеры ещё помнят то время, когда можно было черновичок ВВ реально за штуку зелени приобрести. А сейчас и с тремя уже не подступись!

For Aleksandr: отвечу чуть позже — необходимо «въехать» в материал (совершенно новый для меня).

Ну, почему уж так? Есть очень близкие к «списку» записи — совершенно верно, именно 1971-й — начало 1972-го. Я далёк от мысли, что все фонограммы ВВ уже найдены и в полном объёме...


Да их тогда в фонограммах было втрое меньше, и не очень вариативных...


Машинопись, повторяющая «список», лежит в архиве в блоке «м/п А.Евдокимова», но к таковым именно её отнести в описании всё же не решились. Если допустить, что эта м/п делалась для чего-то, то сразу возникает вопрос — для чего? Естественно, предположительно...

Вот ещё один известный список. Его тоже никто никогда не выдавал за подлинник — публикаторы почему-то и так дружно решили, что «ён это ён и есть».

[attachment=2037:Spisok_2.jpg]

Александру:
По вопросу приоритета авторства «Последнего приюта». Чтобы мне не растекаться мыслею по древу, можете предварительно прочитать об этом здесь: http://www.zonazakona.ru/law/comments/art/594/ или тут:
http://www.lawmix.ru/comm/8591/33137
Материалов подобных много, но в указанных сайтах больше конкретики. Впрочем, законодательство в этой области так до конца и не отработано, а посему постоянно возникают всякие коллизии, как и в нашем случае. Итак: если формально действовать согласно букве закона, то автором стихотворения следует признать (как будет правильно: «пензюка», «пензенца»?) В. Петухова, под чьей фамилией была осуществлена первая публикация этого произведения — в 1989 году. (В. Федоров обнародовал своё стихотворение лишь два года спустя.) С другой стороны, мы не знаем, стоит ли там знак копирайта, и вообще, существует ли в природе этот самый «В. Петухов» (кстати, не технолог ли он по профессии?). Здесь речь может идти о «представителе автора» (об этом тоже можно прочесть в указанных ссылках). Т.е. право у него возникло лишь в силу приоритета публикации, но не создания произведения, которое появилось на свет летом 1980 года (а тому множество свидетельств, которые суд — если таковой состоится — вынужден будет принять). И здесь уже потребуется доказательная база, которой (увы) нет ни у одного из претендентов. Лично меня всё прочитанное у Юрия Фёдорова убедило, кого-то не убедит… Вот если бы других претендентов не было, то пальму первенства в связи с вновь открывшимися доказательствами можно было бы отдать ему. Но если таковые имеются, боюсь, что «доказательств» этих окажется недостаточно для вынесения 100%-го вердикта. (Да и присутствие того самого «Петухова» потребуется: не думаю, что суд уполномочен принимать решения без наличия «ответчика».) И литературоведческая экспертиза (ну, т. е. анализ текста) ничего не даст — да и кто его будет делать: это слишком вкусовая (а потому необъективная) оценка. Остается только почерковедческая — а как её проделать, если нет материала для сравнения (ведь даже если та записка с могилы будет вдруг где-то обнаружена, то нет никакой уверенности в ее подлинности: вдруг это кем-то переписанная —надцатая копия). Добавлю, что авторство С. Сорокина тут вообще никак не рассматривается. Нет, он, конечно, может поучаствовать в «гонке претендентов», но с последней позиции, без всяких шансов для обгона (если, конечно, другие претенденты не сойдут с дистанции). Но и тогда ему потребуются веские доказательства, которых, как я подозреваю, там не имеется. Тоже самое — касается Вдовина: слишком уж голословно. У Федорова какая-никакая рукопись имеется, у других же и исследовать нечего… Разве что детектор лжи применить, но пойди-найди ещё того Сорокина!
Впрочем, сколько сейчас таких случаев: спел человек только что написанную песню на каком-нибудь междусобойчике, а через какое-то время слышит её с эстрады или на концерте известного барда… Знакомо?
А насчет моего «веского слова» в качестве «специалиста по рукописям»… Понимаете, Александр, остепенившайся литературовед и высоцковед-текстолог — это совсем не одно и тоже. Есть ведь Крылов, Жильцов, Ковтун… кто там ещё? тот же Акимов, Томенчук… Но всё дело в том, что нет материала, по которому следует делать заключение. Где та записка? Допустим, я готова подтвердить, что мне довелось впервые столкнуться с этим листком, скажем так, — в начале 1980-х. Конкретно — в театре на Таганке, в кабинете у Петра Михайловича Леонова, работавшего в то время завлитом ТНТ, а также одновременно — директором создаваемого в ту пору Музея театра. Впрочем, дату, ну или год, можно уточнить: когда создался тот «музей театра», когда Леонов был поставлен на должность — в 80-м? в 81-м? — это ведь где-то должно быть официально задокументировано. Да и потом сам он, слава богу, жив-здоров, иногда в Москву наведывается. Ещё там постоянно Антимоний тёрся, Акимова приходилось встречать, Стернина; почему-то часто Смехова… они ведь тоже что-то пояснить могут. Но абсолютно точно это было до 1983 года! Наверное всё же 81-й… Конечно!!! Это было ДО премьеры спектакля «Высоцкий»! Впрочем, и что с того? Кто-то может стопроцентно удостоверить, что та бумажка была оригиналом, а не копией переписанного на кладбище стихотворения? (Да их знаете, сколько было — целые папки, забитые подобного рода посвящениями! И там постоянно что-то писали-сочиняли-обсуждали) Так что моя зрительная память, какой бы она не была, особого рояля в данном случае не играет.
Единственно, что могу сказать (только сейчас пришло в голову!). Федоров утверждает, что его записка была написана каллиграфическим почерком. То стихотворение, которое попалось мне на глаза, тогда таковым не показалось. И ещё (что важно!) — оно ничуть не было похоже на тот «фрагмент рукописи» на голубоватой бумаге, который приведен в теме обсуждения на этом сайте. Зато (внимание!) этот самый фрагмент (по построению стиха — даже по вертикально расположенным строкам-наброскам) удивительно напоминает тот «муляж», который написан якобы рукой Высоцкого (как раз про него спрашивал sio-min). Такое впечатление, что изготовитель сей копии старался именно данный «черновик Фёдорова» воспроизвести, а не «каллиграфический беловик» с могилы… С чего бы это?
И последнее. Думаю, и пост Александра, и этот мой ответ стоит перенести в ту, тему, где обсуждался «Последний приют» — неча ему здесь под ногами путаться.
P.S. Пролистав сейчас до конца ту тему, беру свои слова обратно. Я не хочу туда — мне там страшно!!!

Загадка от Сергея Дёмина. «Найдите отличия. Кто больше?»

[attachment=2039:Вот_тввой_билет.jpg]

[attachment=2040:Вот_твой...вагон_02.jpg]

Уважаемый sio-min, а что Вас смущает в «шемякинской» рукописи? Она известна и где только не публиковалась. В том числе — что самое главное (!) — в буклете, входившем в состав известного комплекта его грампластинок, который Шемякин готовил лично. Не думаю, что он для своего же альбома сбегал на Набережную Букинистов, чтобы там прикупить левый черновичок.
(Вот — уточняю: на странице 58... Хм, сама себе удивляюсь: и не лень же было посмотреть!)
Насчёт двух других представленных образцов: ну как можно сравнивать ксерокопию оригинала и муляж? Даже здесь, на вашем снимке видно, что он висит, прикрепленный к стенду. Конечно же, для выставки рукопись немного «подчистили» (например, в 8-й и в последней строке), наверное, чтобы сделать «покрасивше» (зачем? — вопрос не ко мне). Просто непонятно, к чему их здесь-то вывешивать. Ведь ясно, что ни одной подлинной рукописи на выставках в Музее ВВ не присутствует. Так опять же — это обычная музейная практика: да и кто ж оригиналы выставлять будет (впрочем, и не особенно их там, оригиналов-то...), тем более, в Музее ВВ, не оборудованном должной системой защиты экспонатов.

Уважаемая Cira! Я тоже так не думаю, но вопрос к нему — есть. Он возник случайно, когда мы как-то тут обсуждали правомерность словоформы «нзят». Слову этому общим равным открытым голосованием право на жизнь было одобрено, а вот за почерк в контексте, где это слово вылезло, и за почерк в других местах этого листа взгляды «электората» зацепились. Смущает тут правка и подпись. В сберкассе за такую подпись денег бы не дали, паспорт бы потребовали. И все эти надписки — «исправлено» в скобках и без скобок, «вставка стр. 2» в игривой витиеватой «галке», «чистовое» для непонятливых «Ве-», замена «VI» поверх «V» по начертанию и смыслу плохо соотносятся с известными почерками и привычками ВВ... Я обозвал этот лист «списком», но на самом деле я далеко не уверен — так ли это? Мне, например, представляется, что это — ксерокс, с нанесённой кем-то на нём «живой» правкой — как ещё такую штуку назвать, кроме как «список»? Но, м. б., всё же правке подвергся сам подлинник? А из какого источника наносилась эта правка — из памяти или из некоего, неизвестного, нам черновика? В любом случае вопрос — кем? И где, кстати, страница 2? Почему она нигде до сих пор не опубликована? Вот такие, в общем, смущения. Что Вы по этому поводу думаете?

А про две картинки «Баллады об уходе в рай» — если позволите, чуть позже. Хочется выслушать побольше мнений — очень надеюсь, таковые будут. Может, кто-то и ещё какие-то существенные отличия найдёт. Я, правда, тоже нашёл только эти два (скорее, «полтора», с учётом низкого качества первой картинки)

Жаль,что первая картинка плохо читается,но отличия,конечно,есть.Во-первых,на первой картинке толщина линий больше(хотя,это может из-за меньшей резкости).Во-вторых,отсутствует зачеркнутое слово и исправление в первом куплете(???).Знаки препинания,похоже,повторены точно.Хотя они не соответствуют Жильцовским из четырехтомника 1997г.И еще вопрос-а есть где-нибудь рукопись в полном варианте? Вернее сказать,в окончательном(без «шкафа»).
Вопрос к тем,кто знает:а насколько правомерно менять знаки препинания в авторском тексте(как это видно на примере с «Балладой»у Жильцова.Если это исправление ошибок-то как-то обидно за автора(типа не знает русского языка).
Еще по поводу отличий:на второй картинке некоторые буквы,похоже,подправлялись корректором(кисточкой с белой замазкой).А вообще вторая картинка больше похожа на настоящую рукопись (ксерокопию рукописи).